Игра

«Это очень своеобразная игра, — неохотно начал дворецкий, — гости клуба собираются в небольшой комнате, усаживаются поудобнее вокруг небольшой сцены, где стоит лишь стул со сломанной спинкой.

На этот стул может сесть любой желающий, но после этого ему нужно сказать нечто… оригинальное. Мне, право, сложно описать, что именно должен говорить сидящий, но я могу привести парочку примеров.

Я следил за этой игрой с самого начала, когда слушатели ещё не были так искушены и восхищались самыми банальными вещами. Всё это началось, когда ныне покойный основатель клуба однажды сел на стул и громко произнёс:

— Я — говорю!

Гости уже тогда сочли это не слишком остроумным, но тут на стул вскочил молодой офицер и громко отчеканил: 

— Я начал говорить. Я продолжаю говорить. Я закончил говорить.

В те времена это понравилось публике. Офицер сразу приобрёл популярность среди гостей, а эта игра стала некоторой изюминкой нашего клуба. Сейчас гостям докучают банальности. Однажды даже выгнали из клуба уважаемого адвоката за его тривиальное „В этой фразе двадцать восемь букв.“

Успех в этой игре может дать вам некую популярность среди гостей. Как вы знаете, члены клуба имеют огромное влияние и большие связи. Но помните, что сказанная глупость может сильно помешать вашей карьере.

Впрочем, что это я разболтался? Пройдёмте, игра вот-вот начнется!»

Дворецкий повёл бродягу сквозь роскошные лабиринты клуба «Золотые Львы». Сами «львы» часто шутили: «Это мы-то львы? Мы и по лестнице не можем подняться без помощи. И мы — Львы?» Но каждый из них гордился тем, что стал членом этого общества. Самые богатые, влиятельные люди при помощи власти и денег страстно желали вступить в клуб, но этого было недостаточно.

Дворецкий открыл дверь, и гость вошёл внутрь. Всё резко изменилось: в коридоре десятки канделябров освещали картины и различные статуэтки древнегреческих богинь, а внутри комнаты царил полумрак. Голые стены, дощатый пол и три свечки возле пресловутого стула со сломанной спинкой.

Вокруг стула сидели игроки: влиятельные личности в делах политики, армии и закона ждали в небольшой комнатке начала. Некоторые явно изнывали от нетерпения.

Дворецкий проводил бродягу до свободного кресла и встал рядом. Вопреки ожиданиям, игру никто не открывал, никто не говорил пафосной речи о посетителях клуба, забрасывая их лестными комплиментами. Как только кукушка вылетела из старых часов, хорошо одетый старик подошёл к стулу, поклонился всем окружающим и сел на стул.

— Я не могу сказать вам, что вы…

После чего он встал, поклонился повторно и сел на своё место. Слушатели скромно аплодировали: что-то похожее уже было, но сидящий сделал правильную игру интонацией, и фраза понравилась слушателям.

Дальше была дама почтенного возраста в огромной шляпе. Перед тем, как начать, она подозвала дворецкого, чтобы тот подержал её шляпу, как будто боялась упустить реакцию окружающих. Она села на стул:

— Впрочем, я передумала говорить, но вы-то мне не поверите.

Последовало недолгое молчание, и гости уверенно захлопали в ладоши. Игрокам нравится, когда они не сразу понимают то, что хотел сказать сидящий.

Как только дама поклонилась и села на своё место, бродяга нагло выпрыгнул на сцену. Он по-театральному поклонился до самого пола, но было видно, что он высмеивает их показное уважение. Он сел на стул.

— Хлопайте.

Все замолкли. Посетители клуба переглядывались в надежде найти в лице соседа нужную реакцию. Птица за окном клюнула стекло, и каменные изваяния ожили. Слушатели и игроки громко зааплодировали, некоторые свистели, дамы бурно отбивали себе запястья. И все ждали: что он сделает сейчас?

Бродяга встал, поклонился и… снова сел на стул.

— Хлопайте ещё.

Из архива: https://stihi.ru/avtor/naprienko

Метасмысл в названии

Смысл человеческой жизни состоит во сне, а периоды пробуждения — лишь нежелательные отвлечения от истинного человеческого предназначения.

Конечно, эта мысль не нова (и не моя). Но я и не претендую на новизну, ведь, как известно, «нет такой чуши, которую бы не сказал какой-нибудь философ». Ох, если бы я мог запомнить авторов этих цитат, я бы казался куда умнее. Открываем гугл, ага — Арсений Вологодский. За что его вообще можно помнить кроме этой цитаты? На википедии о нём какая-то ерунда.

— Уж позначительнее твоей! — саркастично заметил внутренний голос.

А это что такое? Внутренний диалог с саркастичными комментариями? Это совсем банально. Нет, так писать не надо.

— Ну, я всё равно никуда не денусь — резонно напомнил тот же.

Just ignore it. Вот — что такое преемственность! Написал русский блогер (блогер ли? (я и его имени не знаю! (а хотел написать, что забыл — но ведь и не знал! (а теперь ещё и смайлики вылезут:)))) текст про семь красных линий, его перевели на английский, а потом экранизировали, и фразу «Just ignore it» в ответ на ограничения геометрии я использую в своём (как бы это назвать?) тексте. Откровенно говоря, я уже засомневался, что это называется «преемственность», но вообще — я отвлёкся! Ведь я пишу о том, что жизнь человека…

Здесь я отвлекаюсь по плану, потому что пишу-то я вовсе не о смысле человеческой жизни, которая во сне и так далее, а как бы высмеиваю процесс написания (язык не поворачивается назвать произведением) произведения (повернулся-таки).

Неужели кто-то и правда помнит все эти имена? Вологодский или Березин (автор «красных линий» — как бы небрежный комментарий читателю), да и определение преемственности я на всякий случай посмотрел (ну, а вдруг?) Неприятно, конечно, показаться необразованным… Вот я недоволен последним предложением, но оставил его. Это подводит меня к теме (как бы рассуждая…) законченности произведений.

Произведения (язык уже легко поворачивается), они ведь закончены и представлены зрителю «как есть» (подходит ли сюда этот юридический термин  — я не знаю, и решил даже не смотреть), а я, как могло бы показаться, пишу произведение незаконченное, будто специально набрасываю свои мысли во время написания текста. Но ведь это совершенно не так: читатель, например, никогда не узнает, что автора цитаты о философах я не нашёл с первого раза, и написал сначала случайное имя — Арсений Вологодский. Думал, что позже найду: наверняка, это какой-нибудь небольшой философишко (нарочито (нарочно) небрежно), про которого есть статья на википедии, и продолжил писать дальше. Но только теперь я решил оставить Арсения Вологодского «как есть» (читатель ждет уж комментария; на, вот возьми его скорей!), и выходит, будто бы, что всё-таки произведение представляется в процессе, а не в отредактированным, как я сам сначала думал, виде.

И наверняка в искусстве давно такое практикуют: смешивают законченное произведение искусства с его процессом, показывая путь, который прошло произведение прежде, чем предстать перед зрителем. Однако если я скажу, что нарочно не редактировал текст перед публикацией, мол, чтобы было естественнее, это будет словно попыткой оправдаться: «Да, я понимаю, что плохо написано, но хотел добиться естественности. А так, вроде как, естественный текст — это часть природы… » (и дальше меня бы понесло). Наверняка люди уже давно писали нечто похожее, и в этом тексте не будет никакой новинки, но, признаю, что я всё-таки хотел бы, чтобы это было новинкой, и чтобы люди не писали ничего похожего до меня. Дорогой читатель, naprienko@stanford.edu — пиши о том, что я далеко не первый. Да не будет невежество моё служить моей гордыней (неплохо вышло).

— Ты обо мне забыл. — внутренний голос напомнил о себе.

Да! Я перечитывал то, что написал, и увидел строчку про внутренний голос, и он воспользовался возможностью о себе напомнить. Здесь я пишу о том, что голосом я, вроде как, и не управляю, и что он комментирует сам по себе, что, конечно же

— Правда! — перебил меня тот же.

Может и правда, но я решаю, что

— «оставить, а что — нет».

(стараясь отвлечься) Надо вернуться к обсуждению законченности искусства и как-нибудь естественно вставить что-нибудь про мета-уровни, обсуждение обсуждений и всего Хофштадтера (догадливый читатель уже догадался, что я не в состоянии написать фамилию правильно по памяти, поэтому она написана неправильно (догадливый читатель уже догадался, что я написал текст в скобках до того, как проверил написание фамилии, и с удивлением обнаружил, что я угадал с фамилией)). К счастью, комментарий о том, что нужно добавить обсуждение мета естественно привёл меня к обсуждению мета, так как текст в скобках говорит сам о себе, и вложенные скобки весьма походят на всё то, что обсуждал Хофштадтер (пишу по образцу выше) в своих книгах. Хотя я пишу «в своих книгах», прочитал-то я только одну, и то половину! Но читатель меня простит.

Я нарочно избегаю подсчёта мета-уровней, которые естественно получаются во время комментирования комментирований и отсылок

— Помнишь белого медведя Толстого? — голос не унимался.

…потому что (сквозь зубы) не хочу вдаваться в незначительные подробности. Вообще, я стал думать о том, как бы закончить этот текст, и он закончился сам.

Как распознать ложь и почему этого не надо делать

Когда мне было 15 лет, я посмотрел сериал “Обмани меня” про психолога, который помогает полиции раскрывать преступления при помощи анализа мимики и языка телодвижений подозреваемых. Другими словами, он умел определять, когда люди лгут.

Я был впечатлительным ребенком, поэтому я сразу же захотел научиться такому несомненно важному и полезному навыку. Это ведь так здорово — знать, когда тебя обманывают!

Прототипом главного персонажа оказался американский психолог Пол Экман, ведущий специалист в психологии эмоций и психологии лжи, один из самых цитируемых психологов двадцатого века и один из самых влиятельных людей в мире по версии журнала Time. Он ездил в Папуа-Новую Гвинею изучать мимику изолированных племен, чтобы подтвердить гипотезу Дарвина об универсальности выражений лица. Он написал монументальный атлас всех мышц лица и соответствующих эмоций, которым пользуются мультипликаторы при создании персонажей. И он действительно помогал ФБР раскрывать дела, анализируя поведение особо опасных подозреваемых на допросах. Прямо как в сериале!

Недолго думая, я прочитал все книги Пола Экмана.

Из них я узнал про то, как и почему люди лгут, как они попадаются на лжи, как распознать ложь по словам, голосу или телу, какие ошибки совершают психологи и почему детектор лжи так легко обмануть. Я узнал про универсальность выражений эмоций, как контролировать свои эмоции, как распознать эмоцию по лицу и телу человека, как правдоподобно имитировать эмоции и даже как вызывать настоящие эмоции.

Выражения лиц универсальны не только среди людей, но и среди приматов

Но это была теория, а мне нужна была практика.

Поэтому я скачал программы с сайта Пола Экмана для тренировки распознавания эмоций. Программы представляет из себя коллекцию фотографий и коротких видео с лицами людей, которые на сотые доли секунды сменяются на лица со случайными эмоциями. Я тренировался до тех пор, пока не добился в каждом программе стопроцентного результата на самом высоком уровне сложности, когда фотография с эмоцией появляется лишь на пять сотых секунды. Потом я нашёл неофициальные программы (даже русские!), в которых были новые фотографии, и продолжал тренировался там. В последних версиях были даже архивы с фотографиями людей в парандже или с поворотом головы на 45 градусов. Было сложно, но и там я добивался максимального уровня распознавания эмоций.

На таких тестах я убедился в том, что можно улыбаться глазами

После этого я начал замечать микровыражения во время разговоров с людьми. Маленькое движение губами или нахмуривание бровей. Я замечал, как люди вскидывали брови при удивлении или показывали презрение, приподняв уголок губ. В реальной жизни такие микровыражения могут длиться всего пару сотых секунды, поэтому их невозможно заметить без предварительной тренировки.

Затем я пошёл дальше. Я начал интервьюировать и записывать на видео школьников в столовой, чтобы потом анализировать их ответы на правдивость. Я также снимал себя на видео во время игры в компьютер, чтобы запечатлеть, как появляется злость на моем лице, когда моего персонажа убивали во время игровой схватки.

Помимо распознавания эмоций я учился изображать эмоции на своем лице. Я научился поднимать каждую бровь по отдельности, внутренние уголки бровей и приподнимать уголки губ, не вдавливая их внутрь. Все эти навыки были необходимы для того, чтобы использовать одно из самых больших чудес психологии эмоций — симметрию между мимикой и соответствующими чувствами.

Очевидно, что при возникновении эмоции мы непроизвольно напрягаем мышцы лица. Но оказывается, что верно и обратное — если научиться напрягать правильные мышцы лица, мы вызываем соответствующую эмоцию! Так, например, приподняв внутренние уголки бровей и поджав нижнюю губу, мы вызываем настоящую эмоцию грусти, которая в свою очередь вызывает слезы. Так можно заплакать в любой момент “по-настоящему”, просто используя биологию и психологию эмоций, а не театральные системы типа Станиславского.

Раньше я мог заплакать в течение минуты, подняв внутренние уголки бровей

Спустя время я научился легко воспроизводить любые эмоции. Вскидывая брови и приоткрывая рот, я мог изобразить удивление. А сжав губы и нахмурив брови, я научился вызывать настоящий гнев. У меня учащалось сердцебиение, кровь приливала к руками, а речь ускорялась. Этот навык я успешно использовал во время своего театрального кружка, чтобы изобразить вспыльчивого персонажа, который обвиняет свою жену в измене.

Таким образом, я научился распознавать эмоции и ложь. Я научился убедительно изображать эмоции и убедительно лгать. Я добился того, к чему стремился. Теперь я могу уличать людей в лжи и скрывать свои настоящие эмоции. Прямо как герой сериала.

Наверное, это полностью изменило мою жизнь? Да не особо.

Оказалось, что в настоящей жизни распознавать ложь просто-напросто незачем. Да, люди иногда лгут, но обычно они лгут по мелочам: просто приукрашают истории или скрывают неловкие моменты из жизни. Мне часто удавалось понять, что человек привирает, но когда я на это указывал, отношения с ним немного портились. Людям просто незачем знать о маленькой лжи. Никто от этого не выигрывает, и это никак не влияет на отношения с людьми. А когда люди лгут серьёзно, проблема уже не в самой лжи: это знак того, что отношения с человеком были построены неправильно на фундаментальном уровне, и выявление лжи каждый раз не поможет ничего исправить.

Лиза, спасибо за видео про маленькую ложь!

Я предпочту доверять своей девушке в том, что она мне не изменяет, чем проверять её и стараться уличить во лжи. Да, я могу долго ошибаться. Но если я никогда не узнаю об её изменах, ну и ладно — моя жизнь никак от этого не меняется. А если я когда-нибудь об этом узнаю, мы просто прекратим наши отношения, потому что я требую уважения социальных контрактов. Но с учетом моих недавних мыслей даже эта проблема пропала из моей жизни.

Теперь я живу жизнь так, чтобы от лжи окружающих меня людей ничего не зависело. Но и оглядываясь назад, я вижу, что в моей жизни меня никогда не предавали и не обманывали. Я просто не могу придумать ситуацию, в которой я бы пострадал из-за обмана человека. Ложь просто обходит меня стороной. И я перестал отслеживать микровыражения и признаки лжи.

В конечном итоге я просто научился искренне доверять людям. Я перестал постоянно сомневаться в их словах, и это оказалось намного полезнее вечного поиска лжи. Вместо знака минус, я выбрал знак плюс. Вместо вечных проверок и подозрений я выбрал доверие. И это окупилось с лихвой.

Страх воды

Мне иногда снятся кошмары о том, как я оказываюсь в толще воды на огромной глубине. Вода давит на меня со всех сторон, я стараюсь пошевелиться, но мое тело лишь крутится из стороны в сторону. Непроглядная синева. Вода бесконечна во всех направлениях, и я ничего не могу поделать. В конце концов я начинаю кричать, и вода проникает в мою глотку. Я захлебываюсь, у меня темнеет в глазах. Я умираю во сне и вскакиваю с кровати наяву. Тяжелое дыхание, дрожь грудной клетки. Доброе утро!

В детстве я поехал с родителями на небольшое озеро. Там я случайно поскользнулся и упал в воду. Плавать я не умел. Ничего особенного не произошло: меня быстро вытащили из воды, все немного посмеялись и продолжили жарить шашлыки. Но я больше не играл в воде.

После этого я никогда не ездил с родителями на водоемы, несмотря на то, что моя семья регулярно сплавлялась по Мане и ездила отдыхать на природу. Я всегда находил причины остаться дома. Конечно, я также избегал бассейнов, и поэтому к 20 годам так и не научился плавать.

Когда мне было 16 лет, я ездил автостопом из Красноярска в Краснодар со своей девушкой Леной. В Краснодаре Лена позвала меня в аквапарк, и после небольшого волнения я согласился. В аквапарке было очень весело кататься на водных горках и спускаться на надувных плюшках в бассейн. Но в один момент я зашёл в слишком глубокий бассейн, и не нашёл дна. Меня парализовало. Я начал тонуть. Я даже не смог закричать «помогите!». Лена быстро вытолкнула меня на сушу, но мой страх воды успел закрепиться.

Мои друзья хорошо знают, что я избегаю воды. Я всегда стараюсь находиться от неё на некотором расстоянии. Да, я могу зайти в воду по колено, но если я пойду дальше, меня парализует страх, что меня заберет в воду приходящая волна.

Страх воды мне стал надоедать.

Когда я учился на матфаке Вышки в Москве, меня пригласили в местный бассейн. Так как я очень хотел избавиться от страха воды, я согласился. Я купил эту дурацкую шапочку, очки для плавания и плавки. И я пошёл бороться со своими страхами. Когда тренер узнала, что я не умею плавать, она немного поругалась (по правилам бассейна туда могут ходить лишь те, кто уже умеет плавать), но всё же она взялась меня учить. Я пошёл в детскую секцию бассейна, где она учила меня расслабляться в воде и правильно дышать.

Но что-то мне не давалось, и я всегда чувствовал огромное напряжение в теле. Я не мог расслабиться и почувствовать себя свободно в воде. Я постоянно терял контроль, и из-за этого начинал паниковать. Я случайно глотал воду, она попадала мне в нос, у меня кружилась голова. Страх воды никуда не делся.

Из-за переезда в США я перестал ходить в московский бассейн. А два месяца назад я взял курс плавания для начинающих в Стэнфорде. В описании курса было сказано, что одно из требований — это НЕспособность проплыть бассейн. Я идеально подходил для этого курса.

Курс начался примерно так же, как и занятия с московским тренером. Нас учили расслабляться в воде, правильно дышать и чувствовать сопротивление воды. Но была одна существенная разница: бассейн был намного мельче, и я мог встать на ноги в любом месте той части бассейна, где мы занимались.

И тут я взял судьбу в свои руки.

Я перестал заниматься вместе с остальным классом, и начал работать над своими страхами: Почему я боюсь воды? Что меня тревожит? Как мне это побороть?

Я опускался в воду, и старался понять, как я себя чувствую. Как возрастает волнение, когда у меня заканчивается воздух. Как мои движения становятся всё более резкими, когда я выплываю на поверхность.

Спустя время я нашёл самое важное упражнение. Оно и помогло побороть мой страх. Я просто попробовал сесть на дно. Ничего больше. В каком-то смысле, я хотел утонуть и посмотреть, как я себя буду чувствовать на самом дне.

И это оказалось сложно! Это было ключевой момент, который всё изменил. При всём моём желании утонуть это было очень сложно! Я старался убрать весь воздух из легких, совершенно не двигаться, но даже так утонуть было затруднительно. И тут я понял, что «до смерти-то ещё дожить надо!»

И вдруг я почувствовал легкость. Я начал чувствовать себя комфортно в воде. Что может произойти, если даже при всём желании я не могу нормально утонуть? Я снова стал заниматься с классом. Я научился плавать кролем и на спине. Я даже научился просто держаться на воде при помощи микродвижений. Я начал улучшать технику и понемногу увеличивать скорость.

Через несколько занятий тренер посмотрел на меня и отвёл в глубокий бассейн (3 метра), и я начал плавать там. Сначала я немного боялся уходить от бортика, потому что теперь я не мог в любой момент встать на ноги. Но я повторил свою тактику: держась за бортик, я старался опуститься на дно. Но воздух просто выталкивал меня на поверхность, и я опять понял, что утонуть у меня не получится. И я полностью расслабился: я начал прыгать в бассейн, опускаться на дно при вертикальном прыжке, плавать на любой глубине и двигаться так, как мне захочется. На одном занятии мы плавали с ластами, а на другом прыгали в воду с платформы! Было невероятно весело.

Так в возрасте 22 лет я поборол свой страх и научился плавать.

И кошмары мне сниться перестали.

Наслаждение быть неособенным

Быть особенным — приятно.
Легко получать наслаждение от того, что ты особенный.

Если твой партнер занимается сексом только с тобой, говорит, что ты самый близкий и важный человек в его жизни, всецело любит тебя и полностью отдаётся тебе — легко почувствовать себя особенным и получать от этого наслаждение.

Если учитель выделяет тебя среди класса, говорит остальным ученикам равняться на тебя и тратит на тебя больше времени, чем на остальных — легко почувствовать себя особенным и получать от этого наслаждение.

Однако в мире есть другое наслаждение. Его получить намного сложнее, но и наслаждение это более глубокое и вдумчивое. Это наслаждение быть неособенным.

Это наслаждение быть одним из двенадцати апостолов Христа.
Это наслаждение быть одним из участников митингов Навального.

Это наслаждение быть одним из детей в семье, одним из друзей, одним из членов клуба, одним из студентов, одним из любовников и вообще всяческие одним из.

Дружба отличается от отношений тем, что в дружбе мы не «подписываем» социальный контракт: «ты не изменяешь мне, а я не изменяю тебе, и у нас всё будет хорошо». В отношениях люди не позволяют друг другу влюбиться и полностью отдаться третьему человеку, потому что иначе их отношения изменятся. В случае измены социальный контракт разрывается, и отношения либо прекращаются, либо переходят в дружбу.

В дружбе социального контракта нет. Поэтому мы не заставляем друзей делать нас особенными. И это один из первых примеров, где мы можем почувствовать себя неособенным, и насладиться этим.

Я — лишь один из друзей условного Миши. (Я — острое ощущение отчужденности Джека.) Миша не обязан общаться только со мной (или вообще общаться), поэтому наше общение приносит мне удовольствие, которое отсутствует в романтических отношениях с социальным контрактом. Я знаю, что я лишь один из друзей Миши, и тот факт, что он со мной общается, говорит мне о том, что ему хочется проводить со мной время по-настоящему, а не по причине поддержания договоренности.

То же самое в свободных отношениях. Если моя подруга общается и занимается сексом с разными людьми, а я лишь один из её партнеров, это меняет наслаждение от особенности к неособенности. Мы не встречаемся, и мы не обязаны заниматься сексом только друг с другом. Поэтому, если мы занимаемся сексом, видимо, нам обоим это нравится, и мы получаем настоящее наслаждение, которое отсутствует в моногамных отношениях.

Наслаждаться своей неособенностью — это целое искусство.

Многим просто страшно представить, что их партнер будут заниматься сексом с кем-то ещё. К сожалению, секс в отношениях часто является одной из немногих вещей, которые делают людей особенными друг для друга. И когда люди теряют эту особенность, им вдруг становится очевидно, что показать-то больше и нечего.

В здоровых отношениях между людьми существует много особенностей между партнерами. Только с тобой я могу познакомить своих тараканов. Только ты меня поддержишь и не будешь лезть с советами, когда они мне не нужны. Только ты открыто скажешь мне о моих недостатках и раскритикуешь мою работу. Только с тобой я могу раскрыться в сексе. Только с тобой я могу обсудить философию истории Гегеля.

Такие отношения не держатся лишь на одной особенности «ты занимаешься сексом только со мной», и поэтому они крепче и сильнее. Однако наслаждаться только особенностями — это ограничивать себя от наслаждения неособенностями.

Я один из тех, с кем ты занимаешься сексом. Я один из тех, с кем ты играешь музыку. Я один из тех, с кем ты говоришь про политику. Я один из тех, с кем ты путешествуешь по Европе. Я лишь один из тех, с кем ты проводишь своё время.

Наслаждаться такими вещами намного сложнее. Как минимум потому, что в них всегда есть конкуренция из-за того, что мы в них не одни. Кто-то занимается сексом лучше, чем ты. С кем-то играть музыку веселее, чем с тобой. Кто-то лучше переносит походы в горы, а кто-то веселее поёт песни во время автостопа.

Но если мы научимся получать наслаждение и от таких вещей, то мы сорвём весь куш. Мы сможем наслаждаться и особенностями, и неособенностями. И тогда в наших отношениях мы не будем скандалить из-за любого нарушения наших особенностей, и мы научимся ещё больше ценить наши маленькие причины считать себя особенными.

Здорово быть одним из!