Свидание с трансгендером

Март. В Стэнфорде внезапно потеплело, солнце начало палить весь день, люди выбрались из душных помещений на газоны и заняли всё зеленое пространство на улице. Я бродил от дома до учёбы, смотрел на всех этих людей, и внезапно мне стало как-то особенно одиноко. Что делать одиноким в марте? Конечно, скачивать dating-приложения.

В Америке среди молодежи процветает так называемая hookup culture, суть которой заключается в сексе без эмоциональной привязки или близости между партнерами. Здесь секс перестал быть сакральным, священным или просто личным, но превратился в приятное времяпровождение между малознакомыми людьми для утоления чувств.

Сексуальную революция в шестидесятых на своих плечах несли студенты на кампусах. Аналогично и hookup culture наиболее развита среди студентов, но потихоньку проникает и в остальные социальные слои. Например, Сан-Франциско весь пропитан этими новинками.

Одним из знаменосцев новой культуры стало приложение Tinder, которое максимально упростило поиск, отбор и общение между партнерами для случайного секса. В каком-то смысле, Тиндер олицетворяет hookup culture, и глубоко проник в язык современного американца. Теперь любые люди, с которыми ты поддерживаешь контакт исключительно для периодического секса, называются tinder dates.

За Тиндером последовали и другие приложения, которые компенсировали его недостатки более сложным процессом отбора, что позволило повысить “качество” партнеров. (тут так об этом и говорят — качество партнеров.) Например, Bumble не позволяет писать парням первое сообщение, и девушки перестают получать поток откровенных фотографий с каждого match’a. Другое приложение — Hinge — не позволяет свайпать (отбирать партнеров жестом на сенсорном экране — свайпом.) партнеров, но требует оставить комментарий к одной из фотографий, что сильно замедляет процесс, но увеличивает уровень вовлечения и качество партнеров.

Так как я не заинтересован в случайном сексе, я воспользовался последним приложением. Я создал себе профиль: выбрал шесть фотографий, ответил на три вопроса, отметил свои предпочтения и открыл вкладку с поиском. Первая же девушка мне понравилась внешностью. В её профиле было написано, что она не любит следовать традиционным гендерным ролям, но я не обратил на это внимание. Я выбрал её фотографию рядом с каким-то экспонатом и спросил, в каком музее она сделала это фото.

По какой-то причине мне оказалось очень сложно этим заниматься, поэтому я решил, что я достаточно на сегодня наигрался, и закрыл приложение после единственного комментария. Разумеется, это был match.

Первым же сообщением она позвала меня в музей. Я приятно удивился, и мы договорились встретиться на следующий день в Музее современного искусства Сан-Франциско. Оказалось, что у неё есть музейная карта, которая позволяет проходить бесплатно ей и её друзьям. Это было кстати — входной билет стоит 25 долларов!

Мы продолжили переписываться, и я узнал о ней немного больше. Она — Instagram Influencer. (То бишь создает рекламу для компаний в инстаграме.) Ещё она профессионально ведет блог, ходит на собеседования на должность технического писателя, и раньше работала моделью. А ещё она трансгендер.

В России люди плохо осведомлены о том, кто такие трансгендеры и какими они бывают. Обычно люди думают, что трансгендеры обязательно должны были сменить пол, но это не так. Для того, чтобы быть трансгендером достаточно несоответствия врожденного пола с тем полом, с каким ты себя идентифицируешь. Поэтому если я пойму, что я девушка, я автоматически превращаюсь в трансгендера.

Скажем, моя новая знакомая предпочитает местоимения она/её, родилась девушкой и выглядит как девушка, однако сама себя она девушкой не считает. Вот как она сама себя описывает: I identify as masculine-of-center femme, which basically means “I feel like a dude on the inside but I also really like looking girly.” Она бы с радостью сменила пол, если бы это можно было сделать без изнурительной и многолетней процедуры. Однако на данный момент смена пола — это огромное испытание, и она предпочитает этого не делать. Об этом можно подробнее прочитать в её блоге.

Можно пошутить, что вся эта теория не важна для приложений, но, как оказалось, гендер сильно сказывается на её поведении. То, что она позвала меня в музей первым сообщением — было первым звоночком в эту сторону. А дальше интереснее.

Конечно, я пошёл на свидание. И, кажется, я впервые почувствовал, что такое — быть девушкой в России. За мной ухаживали весь день. Сначала меня водили по музею, устроили мне фотосессию, потом повели на пляж, а вечером отвезли в бар с прекрасным видом на Сан-Франциско, где меня угощали коктейлями по 20 долларов за штуку.

В каждом жесте считывалось готовность начать и вести отношения, инициировать и попросту принимать решения. Это она спланировала свидание на весь день. Она выбирала рестораны и что заказать. Она водила меня по музею, рассказывая про её любимые работы. И это она позвала меня к себе после проведенного вместе дня.

Для меня всё было в новинку, но мне всё понравилось. Я ощутил всё разнообразие гендерного спектра на практике и узнал много нового про то, как бывает всё на свете хорошо. Конечно, мы много разговаривали про гендерные вопросы и американскую культуру. Я узнал фундаментальные вещи о гендере и ориентации, о работе в Америке и и блоггинге, и просто о хороших местах в Сан-Франциско. Сверху всего этого я получил шикарную фотосессию и приятное знакомство.

Приложение Hinge я после этого удалил. Но и март, как ни странно, закончился.

О том, как я получил компенсацию за нарушение интеллектуальных прав

Когда мне было шестнадцать лет, у меня не было никаких фактических достижений, но мне очень хотелось как-нибудь самоутвердиться. Вести себя как самовлюбленный засранец мне начало надоедать (и людям вокруг меня), поэтому я решил получить какое-нибудь общественное признание. Так я решил писать статьи на хабр.

О чем писать человеку, который ничего не умеет? Конечно, о мотивации и продуктивности. Так я начал писать статьи, пересказывать прочитанные книги, а потом и просто рассказывать свои наблюдения по поводу тайм-менеджмента. Никакого профессионализма, никаких отсылок, просто мнение школьника о работе.

На удивление, я попал “в волну”. Мои статьи быстро стали популярными, их стали репостить в недавно появившиеся паблики Вконтакте и публиковать на разных сайтах.  Суммарно я набрал миллионы просмотров по всему интернету.

Тематика моих статей совпадала со специализацией московского издательства “Манн, Иванов и Фербер”. Наверное, поэтому они связались со мной, спросили мой адрес, и отправили мне по почте несколько книг по управлению времени, силе воли и мотивации. Бесплатно. Просто потому, что они хотели поддержать меня в моей тематике.

Более того, так как я написал несколько популярных статей в течение месяца, из-за своеобразной системы рейтинга хабра, я попал в десятку самых популярных авторов, и получил ещё больше внимания и просмотров. Мой план по получению общественного признания сработал.

Одна из моих статей оказалось особенно популярной. Я описал своими словами, что такое мнемоника, и как ей пользоваться, чтобы эффективно что-нибудь запоминать. Эта статья набрала почти 200 000 просмотров только на одном хабре, и было опубликована в самых неожиданных местах интернета. Одним из таких мест оказался паблик российского блоггера Ларина: https://vk.com/wall-66697608_831962. Конечно, никто никогда не указывал авторства, но от интернета этого и не ожидаешь.

Однако статья приобрела такую популярность, что если вбить в гугле “Мнемоника”, определение из моей статьи попадает в гугловскую рамочку и опережает википедию. Из-за этого многие сайты стали использовать моё определение мнемоники как основное, и всё это зашло слишком далеко.

Первого января 2019 года я узнал, что моя статья практически в полном объеме была опубликована в составе книги по менеджменту одного украинского бизнес-тренера. В книге не было ни ссылки на мою статью, ни указания авторства. Книга продавалась (и продаётся) в разных магазинах и площадках, принося автору деньги за чужой интеллектуальный труд. Это уже нехорошо.

Я решил что-то с этим сделать, и мне очень повезло. В Москве моим соседом по общежитию был юрист по интеллектуальным правам Александр Мухгалин, и я написал ему с вопросом о том, как лучше поступить в моей ситуации. И я увидел как работают профессионалы. Мы сразу определили, что лучше добиваться мирного досудебного урегулирования, оценили размер компенсации за нарушение интеллектуальных прав, и Саша написал формы документов, где каждое слово было подкреплено буквой закона. Не каждый математический текст обладает таким количеством доказательств.

Конечно, вскоре автор книги согласился на мирное соглашение и выплатил запрашиваемую компенсацию. (Я не имею права раскрывать детали соглашения.) Всё закончилось хорошо. Я получил интересный опыт. Оказывается, и в России можно добиваться справедливости через букву закона даже по поводу таких абстрактных вещей как интеллектуальные права на статьи из интернета. Главное — знать свои права и найти хорошего юриста.